Причины фобий 14 страница

Эта модель вызвала критику и предложение альтернативных теорий. Одни из них фокусировались на роли возбуждения в возникновении Э. Др. подчеркивали ведущую роль в этом процессе ЦНС. Пейпец указал на то, что с Э. связаны специфические области головного мозга, и последующая работа в этом направлении привела к выделению ретикулярной формации, простирающейся от таламуса до ствола головного мозга, как центра активации или возбуждения. В исслед. было тж обнаружено, что электрическая стимуляция специфических областей мозга вызывает общий эмоциональный паттерн, к-рый можно классифицировать как ярость или страх. Однако, несмотря на признание роли коры головного мозга для выражении Э., попытки локализовать зоны, отвечающие за каждую конкретную Э., не привели к успеху.

Большинство совр. исслед. Э. сконцентрировались на взаимодействии между телесными изменениями и состояниями переживания. Арнольд утверждает, что когнитивные оценки событий определяют эмоциональные реакции, включая телесные изменения и состояния переживания. Часть этой детерминации предполагает оценку ощущений: переживания частично осн. на интерпретации событий и частично — на интерпретации телесных изменений. Др. исследователи делают больший или меньший акцент на оценке телесных изменений, оставляя в стороне вопрос о первичности.

Рез-ты исслед. в определенной степени поддерживают обе эти позиции. В нек-рых исслед. приводятся данные о том, что отдельные Э. могут быть надежно связаны со специфическими паттернами физиолог. изменений. Экс установил, что характер изменений кровяного давления, сердечного ритма и сопротивления кожи неск. отличался, когда испытуемые были раздражены и когда они были напуганы. Подобные факты были обнаружены еще в ряде исслед., однако лишь нек-рые из Э. оказалась связанными со специфическими телесными изменениями. В полном соответствии с взглядом Кеннона, что не существует достаточного количества различающихся между собой паттернов изменений, к-рые бы позволили учесть все Э., в исслед. было установлено только два или три различных физиолог. предвестника эмоций.

Подобно Кеннону, Шехтер и Сингер полагают, что Э. осн. на физиолог. состоянии возбуждения. Возбуждение м. б. одинаковым для различных Э. и выполняет гл. обр. функцию мотивирования индивидуума к попытке объяснить или обозначить его к.-л. ярлыком. Эти ярлыки извлекаются из ситуации. В большинстве случаев это не представляет затруднений. Столкнувшись с медведем, чел. испытывает возбуждение и ищет ему объяснение. Если это дикий медведь, то возбуждение может интерпретироваться как страх, однако если этот медведь ручной, возбуждение м. б. обозначено как сильное любопытство. Одни и те же стимулы в данной ситуации рассматриваются в качестве важнейших детерминант различных переживаемых эмоций.

В исслед. тж уделялось внимание выделению измерений Э. Существуют сотни эмоциональных состояний, мн. из к-рых представляют собой те или иные оттенки друг друга. Для того чтобы понять все эти состояния, исследователи пытались идентифицировать базовые измерения, на основе к-рых их можно было бы классифицировать.

См. также Когнитивные теории эмоций

А. С. Баум

Эмоциональное заражение (emotional contagion)

Э. з. — это «тенденция к автоматическому подражанию и синхронизации выражений лиц, голосовых реакций, телесных поз и движений с выражениями лица, голосовыми реакциями, позами и движениями др. чел., приводящая к сближению с ним в эмоциональном отношении». Теоретически Э. з. может достигаться различными способами. Нек-рые исследователи полагают, что в основе этого феномена могут лежать сознательные процессы мышления, анализа и воображения. Аронфрид утверждал, что люди должны учиться разделять эмоции др. людей и что заражение яв-ся условной эмоциональной реакцией. Большинство, однако, считает, что Э. з. яв-ся даже более примитивным процессом, чем условный рефлекс, происходящим автоматически, за пределами сознательного контроля. Согласно Хэтфилду и др., процесс Э. з. реализуется примерно следующим образом.

Положение 1.В ходе речевого общения люди автоматически и непрерывно подражают др. и синхронизируют свои движения с их выражениями лиц, голосами, телесными позами, движениями и инструментальным поведением.

Положение 2.Субъективные эмоциональные переживания периодически подвергаются влиянию обратной связи от такого подражания. Теоретически эмоциональное переживание может регулироваться на основе: а) команд ЦНС, в первую очередь управляющих таким подражанием — синхронизацией; б) афферентной обратной связи от процессов лицевого, вербального, связанного с позами и движениями подражания — синхронизации; в) процессов самовосприятия, исходя из к-рых, люди выводят заключения о своих собственных эмоциональных состояниях путем наблюдения за эмоциональными проявлениями и действиями, вызываемыми у них эмоциональными состояниями др.

Положение 3.Вследствие этого люди склонны постоянно заражаться эмоциями др.

Исследователи собрали многочисленные данные, свидетельствующие в поддержку этих трех положений.

Положение 1.Рез-ты исслед. показали, что люди действительно склонны подражать выражениям лица, голосам, позам и инструментальному поведению др. Подражание лицевой экспрессии происходит практически мгновенно. Люди оказываются способными следовать наиболее тонким и почти неуловимым изменениям. Хаггард и Айзекс приводят данные о том, что эмоциональные переживания и сопровождающие их выражения лица могут изменяться с удивительной скоростью — в интервале времени от 125 до 200 мс. В социально-психофизиологических исслед. установлено, что эмоциональные переживания и выразительные мимические движения испытуемых, измеряемые при помощи электромиографических (ЭМГ) методик, имеют тенденцию воспроизводить изменения в выражении эмоций у наблюдаемых ими людей и что такое моторное подражание м. б. настолько тонким, что практически не вызывает наблюдаемых изменений в выражении их лиц. Когда испытуемые наблюдают счастливые выражения лица, это проявляется гл. обр. в увеличении мышечной активности лица в области большой скуловой мышцы, служащей для оттягивания углов рта назад и вверх. Когда они наблюдают гневные выражения лица, это проявляется в увеличении мышечной активности в области мышцы, стягивающей брови.

Такое подражание начинается практически с рождения. Хейвиленд и Лелвика обнаружили, что уже 10-недельные младенцы могут подражать довольным, печальным и сердитым выражениям лица своей матери. Матери тоже подражают выражениям эмоций своих младенцев. Имеются тж многочисленные данные о голосовом подражании и синхронизации с голосовыми выражениями др. людей.

Положение 2.В настоящее время большинство исследователей сходятся в том, что эмоции, по крайней мере отчасти, регулируются на основе обратной связи. Исследователи проверяли гипотезу об обратной связи в отношении выражений лица в трех типах экспериментов. В этих экспериментах использовались 3 различные стратегии, побуждающие испытуемых принимать выражение лица, соотв. той или иной эмоции. Иногда испытуемых просто просили преувеличивать или скрывать любые свои эмоциональные реакции. Иногда пытались обманом заставить испытуемых принять ту или иную эмоциональную маску. Иногда ситуация организовывалась т. о., чтобы испытуемые неосознанно подражали выразительным движениям и эмоциональной мимике др. людей. Во всех этих случаях обнаружилось, что на эмоциональные переживания испытуемых влияла обратная связь от тех выражений лица, к-рые они принимали. Существует впечатляющий объем данных, поддерживающих положение о том, что субъективное эмоциональное переживание людей время от времени подвергается влиянию обратной связи от лицевого, голосового, связанного с позами и движениями подражания.

Положение 3.Исследователи, работающие в рамках разнообразных дисциплин, приводят доказательства в пользу существования Э. з. Большая их часть приходит из исслед. животных, работ детских психологов, интересующихся примитивным Э. з., эмпатией и симпатией, наблюдений клиницистов, изучающих процесс переноса и контрпереноса, а тж из работ соц. психологов и историков.

См. также Связь и привязанность, Когнитивная психофизиология, Эмоции, Эмпатия

Э. Хэтфилд

Эмоция и память (emotion and memory)

Ранние воспоминания имеют сильный эмоциональный компонент. Исслед. автобиографической П. бывших узников концентрационных лагерей, проведенное Вагегенаар и Греневег, показывает, что события 50-летней давности хорошо вспоминались, но при этом имеет место подавление эмоционально нагруженных впечатлений специфического характера, а именно деталей ситуаций, в к-рых они были непосредственными свидетелями пыток, убийств и сами были жертвами жестокого обращения надзирателей. Др. словами, сила эмоционального заряда личного опыта не яв-ся гарантией против забывания.

Что касается более обычных уровней возбуждения, то автобиографические данные согласуются с данными эксперим. исслед., в к-рых эмоциональные слова и образы достаточной силы вспоминаются лучше, чем неэмоциональный материал, а тж с теорет. предположением Познера, что Э. повышает уровень бдительности, и с т. зр. Уолкера, что сильное возбуждение в ходе ассоциативного процесса приводит к более прочному запоминанию. Предположительно лучшее сохранение м. б. следствием лучшего научения или более прочного запоминания, либо того и др. вместе.

Гипотеза Уолкера включает идею временного торможения вспоминания сразу после сильного возбуждения, и Кляйнсмит и Каплан получили рез-ты, поддерживающие эту т. зр. Испытуемым предъявлялись восемь слов к-рые вызывали различную степень возбуждения, измеряемого по величине кожного сопротивления (КГР) (напр., такие слова, как «изнасилование» и «рвота», «танец» и «плавание», использовались в качестве стимулов для реакций, обозначаемых цифрами от двух до девяти). Вызывавшие низкое возбуждение слова вспоминались лучше, чем вызывавшие высокое возбуждение, сразу после их предъявления, однако по прошествии 45 минут и впоследствии вызвавшие высокое возбуждение слова вспоминались гораздо лучше. В ряде аналогичных исслед. подтвердилось лучшее вспоминание вызвавших высокое возбуждение стимулов при длительной отсрочке их воспроизведения, однако не было обнаружено ухудшения в их вспоминании при коротких интервалах отсрочки воспроизведения. В случае упомянутых выше жизненных воспоминаний источником Э. или возбуждения являлся стимул, в ответ на к-рый что-то вспоминалось. Однако практически те же самые рез-ты были получены Вайнером и Уолкером в эксперименте на заучивание списка парных ассоц. при использовании ими удара электрическим током в качестве отрицательного стимула или небольшой суммы денег за правильное воспроизведение в качестве положительного стимула. Т. е. запоминание оказывалось лучшим при использовании стимулов, чем при их отсутствии, усиливалось с увеличением ценности стимула и демонстрировало еще большую выраженность при увеличении отсрочки воспроизведения по мере увеличения аффекта. Берлайн и др. тж манипулировали возбуждением с совершенно независимым агентом, используя с этой целью белый шум, и обнаружили, что белый шум, подававшийся через наушники в процессе тренировки, улучшал воспроизведение, особенно при более длительных интервалах сохранения.

Бауэр с сотрудниками широко исследовали феномен зависимости вспоминания от возврата эмоционального состояния. Этот феномен характеризуется улучшением вспоминания, если состояние субъекта в момент вспоминания совпадает с его состоянием во время научения. После неск. начальных успешных экспериментов, в к-рых испытуемые, находившиеся и в ситуации научения, и в ситуации воспроизведения в веселом настроении (или оба раза в грустном настроении), демонстрировали лучшее вспоминание в сравнении с испытуемыми, находившимися в ситуации научения в противоположном настроении, последовала серия неудач, заставившая Бауэра и Мэйера прийти к выводу, что зависимость вспоминания от возврата состояния яв-ся ненадежным феноменом, по крайней мере в лабораторных условиях.

Блэйни в обзоре исслед. аффекта и Э. проводит различие между воспоминанием, обусловленным возвратом состояния и обусловленным конгруэнтностью состояний, утверждая, что материал лучше заучивается и удерживается, если эмоциональный тон материала конгруэнтен настроению субъекта в процессе его запоминания и/или воспроизведения. В случае автобиографических воспоминаний, как считает Блэйни, эти два эффекта часто суммируются, что, в частности, может объяснять сравнительно легкий доступ к автобиографическим воспоминаниям. В целом, исслед. влияния настроения на память, по-видимому, дают более четкие рез-ты, если вызываемые эмоциональные состояния оказываются достаточно интенсивными.

Ярким примером тормозящего влияния Э. на выполнение тестового задания яв-ся феномен тестовой тревожности. Для тех, кто наиболее подвержен беспокойству и эмоциональности при написании контрольных работ или сдаче экзаменов, должно быть справедливо следующее: диапазон охватываемых вниманием признаков сужается, и обработка информ. идет, в основном, на уровне физ. характеристик стимула, а не его смыслового содержания; высоко тревожные люди удерживают в оперативной памяти немного меньше единиц информ., что объясняет их дефицит в тестах на вспоминание и узнавание, и поэтому в сравнении с низко тревожными они больше выигрывают от снимающих напряжение условий повторной сдачи экзамена или поддержек П., подобных контрольным работам с разрешением пользоваться учебниками.

См. также Блокировка, Защитные механизмы, Эмоции, Память, Наказание

М. Р. Денни

Эмпатия (empathy)

Под Э. обычно понимается сострадательное переживание одним чел. чувств, восприятий и мыслей др. Нек-рые ранние европейские и американские психологи и философы, такие как М. Шелер и У. Мак-Дугалл, рассматривали эмпатию как основу всех положительных соц. отношений.

В контексте этого широкого определения различные теоретики и исследователи определяли этот термин совершенно по-разному, подчеркивая в нем различные аспекты или смысловые значения. Клинические психологи и др. исследователи терапевтических ситуаций, такие как Ч. Труа, склонны трактовать этот термин наиболее широко, включая в него интеллектуальное понимание терапевтом клиента, разделение терапевтом чувств клиента, непринужденность и эффективность коммуникации, и положительный аттитюд терапевта в отношении пациента. Такое широкое понимание эмпатии выглядит интуитивно привлекательным, однако смешение различных аспектов и значений эмпатии приводит к теорет. путанице, поскольку становится непонятным какой из аспектов яв-ся центральным, по определению или каузально, с остальными аспектами в качестве следствий или производных.

Др. психологи, такие как Р. Даймонд, выделяют когнитивные аспекты, фокусируясь на способности одного субъекта к интеллектуальному пониманию внутреннего опыта др. Значение когнитивной эмпатии, по-видимому, состоит в ее способности облегчать процесс коммуникации между двумя людьми. Предполагается тж, что испытывающий эмпатию чел., вследствие этого, будет в большей степени склонен к выражению симпатии, оказанию помощи и принятию др.

Третий подход к эмпатии определяет ее как переживание субъектом эмпатии определенной эмоции вследствие осознания им, что др. чел. переживает именно эту эмоцию. Нек-рые теоретики, работающие в рамках психологии развития, полагают что подобное взаимопроникновение чувств родителя и ребенка яв-ся ключевым звеном в процессе созревания. Эмпатическое эмоциональное возбуждение находит свое отражение в субъективных самоотчетах и в физиолог. изменениях.

Стотленд и его коллеги обнаружили, однако, что осн. предварительным условием Э., по-видимому, яв-ся воображение себя как обладающего тем же самым опытом, что и др. чел. — иначе говоря, воображаемое принятие роли этого др. Такой психич. процесс противопоставляется рассмотрению др. чел. в более объективированной или рассудочной манере.

Этот подход к Э. пересекается с описанным ранее когнитивно-ориентированным подходом в том, что он осн. на когнитивном или психич. процессе воображения. Однако, в отличие от чисто когнитивно-ориентированного подхода, этот когнитивный процесс не обязательно должен отражать реальные события реальных людей, и т. о. субъекты Э. могут сопереживать актеру или герою романа. Воображение опыта др. чел. оказывается преим. основанным на атрибутивной проекции, поскольку люди, вероятно, в большей степени сопереживают тем, кто находится в ситуации, к-рую субъект Э. уже переживал, непосредственно наблюдал или воображал себя попавшим в нее.

Связь между процессом воображения и процессами, связанными с физиолог. или поведенческими проявлениями эмоции м. б. достаточно сложной. Эта связь может возникать в рез-те образования прямой, прошлой ассоц. благодаря процессу, включающему тонкие пороговые или подпороговые мышечные движения, или она может возникать непосредственно на уровне нервной деятельности.

Философы и социологи-теоретики уже давно высказывали мнение, что проявление Э. ведет к большей услужливости и даже альтруизму. Эта простая связь была продемонстрирована эмпирическим путем, когда Э. вызывалась при помощи инструкций, о чем сообщают М. Той и Д. Бэтсон. Стотленд и его коллеги показали, что Э., когда она измеряется как индивидуальная характеристика, тж ведет к альтруизму, особенно когда помогающие действия легко осуществимы. Хоффман и Г. Зальцштейн сообщают, что если родители имеют теплые взаимоотношения со своими детьми и обращают их внимание на то, как последствия их поведения сказываются на благополучии др., такие дети с большей вероятностью будут хорошо относиться к др. людям, чем при отсутствии этих условий.

В противоположность этому, Стотленд и его коллеги обнаружили, что в ситуациях, когда помочь страдающему др. оказывается не просто или даже невозможно, испытывающий Э. может попытаться вырваться из этой неприятной ситуации — физически или психологически — путем «замораживания» своих чувств. Если боль др. достигает крайней степени или проявляется в виде сильной агонии, субъект эмпатии может физически или психологически устраниться из этой ситуации. Бэтсон и Коук сообщают, что это бегство от мучительного сопереживания происходит с меньшей вероятностью, если данный чел. не просто проникается чувствами др., но еще и симпатизирует ему — т. е. сообщает об ощущении эмоционального побуждения помочь др., чувстве сострадания, жалости и сердечного участия. Хоффман показал, что, независимо от используемого теорет. похода к Э., методики ее измерения на основе самоотчетов всегда дают более высокие показатели для женщин по сравнению с мужчинами.

См. также Эмоции, Представления, Социальный интерес

Э. Стотленд

Эмпиризм (empirism)

Э. — это направление в эпистемологии (гносеологии), согласно к-рому все знание возникает в результате чувственного восприятия и опирается на него. Э. можно противопоставить двум другим часто, хотя и не обязательно, связываемым между собой доктринам: нативизму, утверждающему, что некоторое знание дано нам от рождения, и рационализму, утверждающему, что именно разум, а не чувственный опыт, дает нам самые верные основы знания.

Эти споры уходят корнями в V в. до н. э. Э. возник как реакция на рационализм, зарождение к-рого связано с именем Парменида, а дальнейшее развитие — с именем Платона. Сторонники рационализма проводили резкую границу между мнением, или ошибочным представлением, и знанием, или внешней (объективной) и доказуемой истиной. Они считали, что чувственный опыт дает людям только мнение об изменяющемся мире призраков (видимости или кажимости), а поскольку призраки могут вводить в заблуждение, нельзя полагаться на чувственное восприятие. Т. о, рационалисты призывали совершенно не доверять чувствам и искать знания посредством разума. Мнение может быть верным, а может и не быть таковым, это зависит от случайного совпадения мнения и наблюдения; в отличие от мнения, знание должно быть доказуемо и объективно истинным, и только логика — разум — может обеспечить доказательство и дать уверенность. Рационалисты, как правило, считали также, что знания преимущественно даются людям от рождения, научение же представляет собой «извлечение на поверхность» того, что до поры до времени неявно присутствует в душе или в мозге.

С именем Эмпедокла связано возникновение др. философии, Э., выразившего недоверие осн. идее рационализма с его склонностью к причудливым метафизическим спекуляциям и попытавшегося показать, что наблюдение приводит к знанию. Сторонники Э. в его крайнем проявлении утверждают, что наблюдение яв-ся единственным надежным источником знания. Если даже рационалист и отвергает опыт, долг эмпирика — доказать, что перцепция на самом деле яв-сь источником верного знания: т. о., чтобы подтвердить возможности перцепции, эмпирик должен изучить ее. Здесь и начинается психология. Чтобы убедить нас в правильности собственной системы взглядов, эмпирик, подобный Эмпедоклу, должен объяснить нам, как «работает» восприятие, — а это, бесспорно, — сфера интересов психологии. Т. о., теории восприятия принадлежат к наиболее древним психол. теориям, созданным для решения проблем философии. Эмпирики также не доверяют нативистским заявлениям рационалистов как апелляциям к миру непостижимого.

Совр. философия относит начало дискуссии между сторонниками рационализма/нативизма и эмпириками к XVI в. и связывает ее с именами Рене Декарта, основателя совр. рационализма, и Джона Локка, наиболее яркого представителя совр. эмпиризма. Э. представлен двумя школами — умеренной и радикальной. Умеренный эмпирик соглашается с теми, кто считает, что источником всех идей яв-ся перцепция, однако допускает, что «аппарат разума», т. е. такие его функции как память, воображение и язык — даны чел. от рождения. Сторонники крайних взглядов, в том числе и Джон Стюарт Милль, не ограничиваются этим и утверждают, что рез-том научения яв-ся не только то, над чем человек думает, но и то, как он думает, т. е. сами мыслительные процессы.

Своеобразным синтезом идей рационализма и Э. яв-ся философия Иммануила Канта, считавшего, что наука — высшая форма челов. познания — начинается с опыта и с систематизации его результатов. Однако Кант полагал, что благодаря врожденным свойствам челов. разума челов. опыт неизбежно «принимает определенную форму», к-рая и становится источником упорядоченного явления, изучаемого наукой. Следовательно, наука базируется на логически доказуемом основании, присущем разуму от рождения, а потому предшествующему опыту.

Как ученые, психологи, более склонны соглашаться с эмпириками, нежели с рационалистами, и эта тенденция особенно заметна в странах с развитой психол. наукой — в Англии и в США, т. е. там, где Э. занимает господствующие филос. позиции. В наше время споры между эмпиризмом и рационализмом фактически прекратились, уступив место более знакомой психологам дискуссии между нативизмом и Э., или полемике о роли природы и воспитания в развитии. Хоть Э. и яв-ся доминирующим филос. учением, однако есть и исключения из этого общего правила. Напр., Н. Хомский в своей работе «Картезианская лингвистика» (Cartesian linguistics), бросая вызов Э. бихевиористов, утверждает, что большую часть синтаксиса чел. получает при рождении. Он основывает лингвистику на интуициях, а не на поведении, и рассматривает язык как логическую систему, практически не изменяющуюся под воздействием внешних стимулов.

См. также Логический позитивизм

Т. Лихи

Эмпирическая психотерапия (experiential psychotherapy)

Э. т. представляет собой систематизированный способ осуществления лечения, предназначенный для операционализации любой теории личности и терапии. Т. о., Э. т. яв-ся скорее метатеорией, чем одной из мн. теорий личности.

При практ. проведении этой терапии, любое вмешательство или реакция психотерапевта рассматривается под углом зрения их непосредственного, конкретного воздействия на актуальное самочувствие (present bodily felt sense)клиента. При отсутствии непосредственных изменений самочувствия, к-рые рассматриваются клиентом как ценные, считается, что вмешательство не имеет эмпирического эффекта и поэтому не яв-ся терапевтически полезным.

Этот аспект эффективной терапии признается во многих теорет. концепциях.

См. также Экзистенциальная психотерапия, Фокусирование, Новаторские психотерапии

Дж. Р. Иберг

Энвайронментальная психология (environmental psychology)

Э. п. — специализированная область, изучающая отношения между поведением и условиями среды, в к-рой оно имеет место. Под поведением здесь понимаются как доступные наблюдению действия, так и не доступные ему акты, включая мысли, эмоции и т. п., а под средой — физ. окружение организма. Хотя специалисты в области Э. п. учитывают в своих исслед. и некоторые аспекты соц. окружения (напр., семью или референтные группы), все же их внимание в первую очередь направлено на изучение влияния физ. среды. Так, значительная часть исслед., относимых к области Э. п., посвящены изучению влияния шума, загрязнения воздуха, экстремальных температур и разных способов орг-ции пространства архитекторами.

Важность влияния среды в определении поведения признается в той или иной степени уже давно. Истоки эксперим. психологии лежат в контролируемых лабораторных исслед. воздействий света, давления и др. средовых факторов на поведение чел. К сожалению, предметом интереса были только изолированные раздражители, отчего условия, при к-рых изучалось влияния света, не имели ничего общего с реальной стимуляцией светом меняющейся интенсивности. Вместо этого исследовались ощущения искусственных (изолированных) физ. стимулов. Позднее поведенческая психология осознала важность среды в контролировании поведения, но в рамках этого направления среда, как она обычно определялась, была представлена режимами подкрепления или изолированными элементами, выделенными из окружающей обстановки.

Первым психологом, чьи представления о «среде» во многом соответствуют совр. толкованию этого термина, был Курт Левин, полагавший, что поведение (B) определяется особенностями личности (Р)и среды (E), т. е., что В = f(P, E). Хотя Левин имел в виду преимущественно соц. среду, он все же говорил о всей среде как таковой, а не о каком-то одном факторе, изъятом из общего контекста и изучаемом в контролируемых лабораторных условиях.

Промежуток между 1950 и 1970 годами — период постепенного развития концепции окружающей среды в направлении осознания ее важной контекстуальной роли в поведении чел., на к-рую указывал Левин. Фестингер, Шехтер и Бек провели исслед. возникновение дружеских связей между соседями и развитие групп в физ. контексте жилого комплекса. Они обнаружили явные влияния особенностей планировки жилого комплекса на оба этих соц. процесса. Впоследствии специалисты в области челов. факторов начали анализировать производственную среду, напр., кабины пилотов, и применять психологию для определения того, как различная орг-ция производственной среды влияет на челов. реакции.

К 1970 г. появилось уже немало исследователей, называвших себя энвайронментальными психологами и изучавших средовые условия и вытекающее из них поведение. Однако Э. п. рассматривает окружающую обстановку скорее как единое целое, нежели как набор стимулов.

Гласс и Сингер провели большую серию исслед. эффектов городского стресса. Впоследствии результаты их лабораторных экспериментов были использованы для проведения полевых исслед., в результате чего была получена информ. о воздействии шума в условиях мегаполиса. Полученные в лабораторных условиях свидетельства того, что контроль над уровнем шума уменьшает вероятность возникновения стрессов, были распространены и на др. средовые факторы. Была доказана возможность контролировать уровень стресса в переполненных электричках и на рабочих местах, требующих от работника большого напряжения.

Большинство специалистов в области Э. п. предпочитают не связывать себя к.-л. определенной методикой проведения исслед. и стараются проверять результаты лабораторных экспериментов в полевых условиях. Однако, в связи с тем, что в реальных условиях не всегда удается провести чистый эксперимент, исключение альтернатив и уточнение понятий нередко требует проведения именно лабораторных исслед.

Др. характерной особенностью Э. п. яв-ся ее повышенное внимание к взаимосвязанности среды и поведения. В некоторых случаях среда откровенно принуждает к определенным действиям, иногда она предоставляет чел. право выбора, а иногда — оказывает на поведение менее заметное влияние. Однако люди не только испытывают влияние среды, но и изменяют ее, т. е. оказывают на нее существенное влияние. В известной мере справедливо утверждение, что отношения между средой и поведением постоянно изменяются.

Исслед. в области Э. п. носят ярко выраженный прикладной характер. Они преимущественно направлены на решение определенных проблем, напр., коррекции последствий воздействия средовых стрессоров. Что же касается теорет. концепций, направляющих эти исслед., то их число невелико (если вообще можно говорить о существовании теорет. основ Э. п.). Разумеется, предлагались концептуализации множества проблемных областей, но все они носили вторичный характер по отношению к работам, непосредственно нацеленным на понимание или решение конкретных проблем.


3060858401008232.html
3060924859354965.html
    PR.RU™